• 1194
    Рекомендуйте друзьям

    Найти любимое дело и состояться в нем — мечта многих. Иногда на то, чтобы понять, к чему лежит душа, уходят годы. И какое разочарование, когда именно здесь включается комплекс самозванства: а достаточно ли у меня таланта, знаний и опыта, для того, чтобы начать заявлять о себе? Создатели проекта She is an expert, собирающего на своем сайте базу женщин-экспертов, заметили, что комплекс самозванства особенно свойственен женщинам. Для того, чтобы просто зарегистрироваться на сайте и признать собственную экспертность, женщинам приходится преодолевать внутренний барьер. Мы попросили редактора сайта She is an expert узнать у молодых женщин, успешно реализующих себя в профессии, как они преодолели комплекс самозванства.


    Анастасия Патлай, режиссер


    Синдром самозванки я испытывала еще в юности, когда поступила в моем родном городе Ташкенте учиться на актрису. Поскольку к тому времени русскую группу в Ташкентском театрально-художественном училище закрыли, актерские студии открылись во всех русских театрах, в том числе в Академическом театре им. Горького, куда я и поступила и где мастером у меня был Виктор Александрович Вержбицкий. Обучение актерскому мастерству при театре, мне кажется, имеет свою специфику, поскольку ты видишь не только своих мастеров, но и внутреннюю жизнь театра, встречаешь в коридорах, во дворе (в театре Горького был прекрасный внутренний дворик), в буфете много актеров. И вот я на них смотрела и понимала, что я чем-то отличаюсь от них, что, наверное, я недостаточно актриса внутри. И мое желание быть актрисой чистое самозванство.

    Масла в огонь моих сомнений подливала еще и мама. Она как-то сказала «Ну ты же не Татьяна Доронина».

    Разумеется. Также я понимала, что я и не обожаемый в моей семье Андрей Миронов. И нет у меня этого актерского огня.



    Уже в Москве, через много лет моей «неработы» в театре (в Москве, как известно, надо «выживать», да и сомнения переросли у меня в устойчивую робость), я вспомнила, что в юности я хотела заниматься театром, а потом много лет мечтала быть режиссером кино. И я довольно внезапно для самой себя поступила в Мастерскую Марины Разбежкиной и Михаила Угарова. Надо сказать, что эти чудесные люди на корню выжигают всякий синдром самозванства. Кем бы ты ни был в жизни, и чего бы ни хотел в будущем, там тебе надо было просто брать в руки камеру и идти снимать. На улице, всюду. А потом я очень быстро попала в Театр.doc, и Елена Анатольевна Гремина навсегда вооружила меня девизом «Настенька, вам интересно? Делайте!» Так она говорила мне всякий раз, когда я пыталась испросить разрешение или получить благословение на какой-то свой проект или участие в чужом проекте. Вот это «интересно» – главный мотор моей карьеры. Мне должно быть интересно, и тогда я смогу свернуть горы. А сверять себя с другими замечательными людьми или соответствовать чьим-то ожиданиям я просто отвыкла.


    Катя Шилоносова (Kate NV), композитор


    Я до конца не понимаю, есть ли у меня синдром самозванца или нет. У меня есть линейное восприятие своих собственных навыков и это очень удобно: я смотрю на рисунки семилетней давности и понимаю что рука моя с тех пор стала легче, я вижу прогресс. Так и во всем остальном, например в умении играть на гитаре или в работе над аранжировками. Я смотрю старые видео, слушаю старые треки и слышу прогресс.


    Фотограф: Мария Котлячкова


    Синдром самозванца, пожалуй, порой включается тогда, когда я начинаю сравнивать себя с кем-то извне. Относительно примерно всех людей вокруг, я знаю очень мало и почти ничего не умею. Когда-то я подумала и решила, что меня это не сильно беспокоит, ведь зато всегда есть чему научиться и идти дальше. Вообще, мне нравится ориентироваться на принцип «можешь не писать — не пиши». То есть если ты не можешь жить без того, чтобы писать музыку (как в моем случае), значит делай музыку. Пока что эта фраза побеждает все мои самоуничижения по поводу того, что я дилетант. И наверное, мой личный успех заключается в том, что я делаю то, что мне нравится, и у меня есть на это ресурс. При этом я отдаю себе отчет в том, что я многого не знаю и не умею или почти все делаю не так, как якобы надо.

    Также этот синдром срабатывает в моменты, когда люди думают, что я могу их чему-то научить.

    Мне кажется, в этот момент они склонны наделять меня способностями, которые я только как-то пытаюсь развивать. Я сама постоянно учусь (если не ленюсь, конечно) поэтому учить кого-то мне точно рано. Как видно, я плохо справляюсь с синдромом самозванца. Если мне радостно от процесса и своей же музыки, этого достаточно. Я могу сказать, что если тебе самому радостно от своего дела, остальные подтверждения извне ты будешь воспринимать как бонус, но не как ориентир. Когда сам в себя веришь и рад — ничего не нужно. Поддержка нужна в моменты сомнений. Короче, неважно успешный ты в глазах людей или в своих — всегда будут люди, ставящие под сомнение твои знания и навыки. В том числе и ты сам. У меня нет никакого рецепта кроме того, чтобы делать то, что приносит радость, и то, что нравится. Потому что в этом случае твое дилетантство не имеет особого значения.


    Саша Шадрина, издательница


    Моя первая работа была связана с госсектором, я регулярно оказывалась на всяких совещаниях с дядьками в костюмах, где все смотрели сквозь меня. Долгие годы после этого я сторонилась амбициозных задач или откладывала их на потом отчасти потому, что мне всегда хотелось еще чуть-чуть подрасти в своих и чужих глазах. Поэтому от идеи открыть свое издательство до первой книги прошло четыре года. Часть этого времени я потратила на то, чтобы набраться опыта, но большую часть — на рефлексию, в праве ли я вообще этим заниматься или кто-то справится лучше.

    Честно говоря, мне до сих пор тяжело дается любая публичная речь — выступления или интервью.



    Я чувствую огромный разрыв между тем, что и как мне хотелось бы говорить, и тем, как получается, и это, конечно, запускает во всю силу синдром самозванки. Но в КБТ-терапии (когнитивно-бихевиоральная терапия — прим. ред.) меня научили обращать внимание не только на эмоции, но и на факты. А это, например, то, что наше издательство No kidding press — чуть ли не единственное в России издательство, которое поддерживают подписчики. Наши книги читают и покупают и даже, бывает, хвалят переводы. Также с синдромом самозванки мне помогает справляться понимание того, что «взрослые — это мы» (хотя в это все еще сложно поверить), и опыт более молодых коллег вроде редакторок журнала «Незнание», которые взяли и сделали свой журнал внутри довольно токсичного российского литературного процесса и не стесняются своих притязаний на авторство и экспертность.


    Ольга Тараканова, театральный критик и драматург


    Я регулярно испытываю сомнения в собственных компетенциях, но у меня есть очень конкретный метод, который я использую в борьбе с комплексом самозванки. Поскольку все, чем я занимаюсь — это работа на заказ (кроме телеграм-канала «пост/постдрама»), то всегда есть какая-то принимающая инстанция. Это либо редактор, который принимает или отклоняет текст, либо куратор институции, который выбирает проект с моим участием. Либо режиссер, который говорит: «Оля, напиши инсценировку», я отвечаю: «Я никогда не писала инсценировок», он говорит «Я верю, ты сможешь».

    Я рассматриваю этот процесс так, будто ответственность за признание меня компетентной лежит не на мне. То есть я перекладываю эту ответственность и доверяю решениям других людей.



    В этом есть что-то спорное. Во-первых, я признаю этих людей компетентными принимать решение, компетентна я или нет. А во-вторых, кто сказал, что эксперты — это эксперты? Может быть, они сделали себе имя десять лет назад, и их экспертность уже не релевантна. Но поскольку я выбираю эту стратегию, я подстраиваюсь под их ожидания. Естественно, возникают ситуации, когда мои работы под ожидания экспертов не попадают, и мне отказывают. Но поскольку количество отказов и принятия более или менее сбалансировано, то моя самооценка не летит вниз и мой синдром самозванки не начинает орать. Короче, мой рецепт в переложении ответственности. Другой вопрос, что я беру на себя ответственность за то, что я сделаю настолько хорошо, насколько а) я умею б) насколько мне позволяет время, которое я могу позволить себе выделить на этот проект. Но решение, что я в принципе могу за это взяться — кроме ведения телеграм-канала — все время лежит не на мне.

    Подписка на новости Seasons

    • 1194
    Рекомендуйте друзьям

    2020 © Сизонс проджект. Дизайн разработан в ARENAS ® lab
    Программирование и поддержка polevich digital