• 1172
    Рекомендуйте друзьям

    Материал был опубликован в журнале Seasons of life, выпуск 50

    Архивные номера и новые выпуски ищите в онлайн-магазине


    Эта тбилисская кВартиНа (так придумали ее называть хозяйки) — мечта о переезде в небольшой южный город насовсем. Ее воплотили дизайнер Софья Кренкель и театральный художник Оксана Садовская. Сюда можно приехать пожить и помечтать, поставить спектакль, задумать книгу или картину. Само пространство — уже картина, написанная в четыре руки. Отсюда и странное название.

    «Сны о Грузии — вот радость! И под утро так чиста виноградовая сладость, осенявшая уста». Белла Ахмадулина

    ВИФЛЕЕМСКИЙ КВАРТАЛ

    Оксана: Мы придумали кВартиНу, чтобы притянуть в нашу жизнь людей с похожими взглядами, творческих, — как концертную площадку или театр для небольших мероприятий. Но потом подумали, почему бы не сделать в то же время и маленький отель, куда будет приезжать, скажем, писатель в кризисе: он будет забиваться в это гнездо и сидеть там месяцами, а потом родится книжка. Или художник, который будет смотреть в эти окна и даже не выходить из дома.



    Софья: Мы искали особенное место и нашли его в Вифлеемском квартале, где традиционно жили тбилисские евреи и армяне, купцы и ремесленники. Люди, которые знали наследницу человека, построившего этот дом, рассказывали, что она была из армянской семьи, а дому около двухсот лет. Он был выкрашен в дорогой в то время бирюзовый цвет.

    Оксана: Самые богатые дома в Тбилиси красили в такой цвет: зелено-серо-синий. Это были самые дорогие красители, сразу было понятно, что здесь живут состоятельные люди, которым хватает денег на такой дорогой фасад.

    Софья: История гласит, что в нашем доме, на втором этаже, опоясанном огромным круговым балконом, была картинная галерея семьи Здесь устраивали салоны, выставки и концерты. Мы, сами того не ведая, эту традицию поддерживаем. Признаться, мы не проверяли эту информацию в архивах, но по-моему, это такая прекрасная легенда, пусть она живет.



    Оксана: Когда мы пришли сюда, все было разбито, поделено перегородками, розовые обои в цветочек. Кривые, но родные дому двери, ставни. Нам было очень важно сохранить двухсотлетние рамы. Что-то удалось спасти целиком, что-то отдавали на реставрацию, стараясь вернуть первоначальный облик. Когда стали снимать обои, нашли роскошный кусок синих старинных обоев, из него родился весь бирюзовый интерьер. Под эти 20 квадратных сантиметров у нас сложилось все остальное. Мы почти полгода делали ремонт, своими силами, вдвоем. В грузинских реалиях, прямо скажем, мы легко отделались: сложно дождаться определенного мастера, найти нужный материал. Теперь здесь мои картины: я пишу большие полотна, дома они не помещаются, мы их поставили в кВартиНе, а потом поняли, что они прижились.


    Бирюзовые стены, на потолке — иллюстрации к стихам грузинских поэтов в переводе Евтушенко и грузинскому циклу Ахмадулиной. У окна мольберт, а из окна — вид на старый Тбилиси.


    МОСКВА

    Софья: До Тбилиси я работала системным аналитиком в IT-сфере. Потом что-то пошло не так. Я покопалась в себе и поняла, что хочу освоить ремесло, хочу научиться шить обувь. Ну вот, узнала, какие есть ремесленные школы, и решила отправиться в Армению. Я села в машину и поехала в Ереван, там всегда были хорошие мастера по сапожному делу, но до Еревана не доехала. Тбилиси меня задержал. Я нашла тут учителя, потрясающего человека. И осталась.



    Оксана: Я художник-декоратор, работала в Москве, в Театриуме на Серпуховке у Терезы Дуровой. Я с детства не любила Москву и всегда стремилась уехать. А однажды попала с большой компанией в Грузию, и страна меня срубила в первые же сутки. Горы, воздух, эта красота, эта обветшалость живописная, которая мне, как художнику, легла на сердце. И то, что здесь говорят по-русски и понимают мой невеликий уровень английского. Все вместе дало свободу. А потом я попала к Софи в студию, где она как раз училась делать обувь, и поняла, что она счастливый человек. Я к тому моменту знала ее историю. Помню, сижу над корзиной с колодками для обуви, запускаю туда руку и начинаю реветь — понимаю, что сейчас трогаю свободу выбора человека. Я вернулась в Москву, а спустя несколько месяцев взяла в охапку своего тринадцатилетнего сына и переехала в Грузию. Как художник я здесь реализуюсь гораздо круче — здесь можно все.


    Дом, на последнем этаже которого находится кВартиНа, опоясанная желтым балконом, — старожил Вифлеемского квартала.

    «Смеялась женщина Ламара, Бежала по камням к воде, И каблучки по ним ломала, И губы красила в вине». Белла Ахмадулина

    ТБИЛИСИ

    Софья: Пять лет назад сюда приезжали другие люди, не дауншифтеры, а те, кто сделал шаг: они выбирали себе новую родину, осознанно ехали, чтобы двигаться дальше. И они ценят, и видят, что дом, например, падает, видят эту красоту, и у них страдает душа, и это такая смесь любви и боли. Романтики, в общем. А сейчас я вижу очень много потребительского отношения.

    Оксана: Уходит аутентичность — хоть и избитое слово, но оно хорошо отражает суть. И местным людям очень сложно, идет нашествие людей, инвесторов, которым совершенно не интересна история: они приходят и думают, что мы здесь снесем, что построим, сколько заработаем. К сожалению, чаще большие деньги у тех людей, в которых нет тонкости, чуткости.


    Один из гостей, керамист Зоя.


    Софья: Но с другой стороны, вот дом сейчас отреставрировали, Минкульт же следит за этим, они дом-то не увезут, дом же останется. И город будет восстанавливаться. Но это что-то неуловимое, знаете. Это фон.

    ЛЮДИ

    Оксана: Мы предлагаем творческим людям пожить вкВартиНе бесплатно, если они ставят здесь спектакль, проводят концерт или квартирник. Благодаря этому мы познакомилась с потрясающими людьми, я не преувеличиваю. Например, девочки из греческого кукольного театра White paper theatre. Одна из них украинка, другая гречанка. Они с чемоданами, где лежат куклы из папье-маше, носятся по миру, ставят спектакли и для детей, и для взрослых. У них глаза горят, они излучают мощную энергетику, я после их спектакля села и написала пьесу. На три месяца к нам приезжал художник. Приехал с компьютером под мышкой и с холстом метровым, и три месяца он писал свою работу.



    Софья: Была пара — мальчик из Аргентины, микробиолог, а девочка из Вены, журналист. Они, когда приехали, оба стояли на распутье, хотели менять свою жизнь. Он решил бросить лабораторию и профессию микробиолога в целом и стать художником-татуировщиком, параллельно занимаясь литографией. А она решила открыть свою студию, она делает крутые штуки из старых галстуков. В общем, она начала шить, а он стал бить татуировки. Вообще, люди — это главное, с ними в Тбилиси связано много историй. Например, наш сосед — поэт. Познакомились мы ближе, когда я подвозила его с арбузом из Авлабара. Он курит самодельную трубку и издается в Германии и Франции. В Грузии его печатает «Литературная газета», что выходит раз в две недели и почти не платит ничего. Как он говорит сам, «платят и плачут».

    «Смеясь, ликуя и бунтуя, в своей безвыходной тоске, в Махинджаури, под Батуми, она стояла на песке». Белла Ахмадулина

    Подписка на новости Seasons

    • 1172
    Рекомендуйте друзьям

    2020 © Сизонс проджект. Дизайн разработан в ARENAS ® lab
    Программирование и поддержка polevich digital