• 10338
Рекомендуйте друзьям

Почему важно разбираться в искусстве и как это помогает в путешествиях, об общении с детьми и выборе своего стиля рассказала Анна Пожидаева, кандидат искусствоведения, доцент кафедры Всеобщей истории факультета истории искусства РГГУ и преподаватель курса История искусств в Школе Seasons of life



Умение видеть

Многие обладают природным вкусом, но не знают об этом, потому что их «видящий» глаз дремлет. Нужно его будить. Как? Дать ему альтернативу: показать пятьсот картин, объяснить, чем они отличаются и в чем сходны, рассказать об их значении. Помочь не только понять, но и прочувствовать значительность того, что кажется абсолютно условным. Только альтернатива способна открыть, возможно, спящий, но способный отличать прекрасное глаз. Она дает шанс полюбить то, что выглядело несуразным и бессмысленным, потому что просто было непонятным.

Нельзя полюбить Бетховена, если всю жизнь слушал только игру на гармошке. Чтобы его полюбить, необходимо слушать.

Причем слушать систематически, с нужным объяснением. Тогда появится симпатия, а может, впрочем, и не появится, но зато можно будет с уверенностью сказать, что предпочитаешь игру на гармошке — с уверенностью, потому что знаком и с другой музыкой.

Парадигмы узнавания шедевров нет, и нельзя за несколько занятий стать профессионалом-антикваром, но знакомиться с историей искусств необходимо хотя бы для того, чтобы понять, что действительно нравится, чтобы полюбить неожиданно для себя Андреа Палладио и Джованни Беллини, когда казалось, что симпатию вызывали только шишкинские «мишки».

Этот приобретенный вкус, конечно, не будет пылиться в ожидании того, пока вы решите купить домой картину. Он незаметно станет помогать в обустройстве дома, выборе ресторана для ужина и даже во время шоппинга.



Воспитание детей

Разбираться в искусстве — значит иметь возможность развить вкус и у ребенка. Дети впитывают то, что их окружает. Все, что они видят в детстве, вспоминается потом с нежностью. Поэтому важно следить за тем, чтобы то, что они видят и слышат, было прекрасным не только в их восприятии.

Знакомить детей с сюжетами мирового искусства можно с полуторогодовалого возраста. Сложные семейные отношения греческих богов и основы христианской морали могут сперва показаться сложными для детского восприятия. Но это не так. Фрески Джотто, например, станут прекрасными иллюстрациями к евангельским рассказам. В них нет наводящего страх натурализма северного возрождения или эмоциональности барокко, но есть по-настоящему детская целомудренность, серьезность, а главное — понятность и занимательность.

С населением античного пантеона детей знакомьте по пересказам Николая Куна, иллюстрации к которым легко подобрать самостоятельно. Например, на сайте theoi.com, где есть роскошная подборка греческих и римских памятников, прежде всего вазописи и мозаики на все мифологические случаи.

А еще устройте экскурсию в мир мифов по экспонатам музеев. Сложно, конечно, найти человека, который может долго удерживать внимание ребенка. Но только если этот человек не вы сами!

Никакой экскурсовод так не увлечет ребенка, как мама или папа, рассказывающие увлекательные истории о том «огромном белом дяденьке».

Скульптуру, кстати, смотреть исключительно в музее, не на компьютере. Там интереснее: они большие и завораживающие.



Свобода путешествий

Путешествовать по Европе, не зная ничего об античном и средневековом искусстве — все равно, что ходить по музею с закрытыми глазами. Некомпетентные туристические агентства строят маршруты, руководствуясь своими интересами, которые не совпадают с интересами нашими, о которых, правда, мы очень часто просто не знаем. Едем, куда везут, смотрим, куда показывают.

Человек подготовленный вряд ли будет тратить время на протоптанные туристами тропинки. Чтобы посмотреть, например, на французскую готику, он не станет толпиться у Нотр-Дама, а отправится в Сен-Кантен, Амьен, Нуайон, Бове, Санлис, Суассон и Санс (все недалеко от Парижа), соборы которых ни в чем уступают пристанищу Квазимодо. Знакомство с Замками Луара для него не будет ограничено Шомоном и Шенонсо (есть еще Тавант, Пуатье, Гартанп, Амбуаз, Сомюр, Блуа — и это даже не половина).

Юг Франции перестанет быть только морем, Марселем и Ниццей, а откроет старые римские города Арль, Ним, Фрежюс, Камарг, с массой антикизирующих памятников и, конечно, Авиньонсий дворец, где больше ста лет жили Папы.

Итальянской романтикой же он поедет любоваться на север Италии: из Милана в Венецию через Павию, Модену, Парму, Феррару и Брешиа. И для него не секрет, что в Венецианской лагуне, кроме острова Мурано, куда все отправляются за стеклом, есть еще Бурано и Торчелло, где византийские памятники и мозаики сохранились лучше, чем в самом Константинополе.



Сам себе экскурсовод

Средняя экскурсия — рассказ назывного жанра: «посмотрите налево, посмотрите направо, это написано в таком-то году таким-то художником, а это таким-то в таком-то». Мы смотрим на картины, может быть, даже запоминаем авторов и время создания, но эти знания повисают в воздухе и быстро улетучиваются.

Знание истории искусств дает возможность понять, что любая картина встроена в исторический контекст, что у живописи в разное время были разные функции.

Рассматривая картину на музейной стене, нужно понимать, для какого места ее создавали: алтаря, светской комнаты, выставки или для эпатажа.

А как приятно уметь восстанавливать среду, в которой произведение искусства было создано. Знать, где вырос заказчик картины, чего он требовал от художника, как этот художник работал: в чем он был ограничен, а в чем свободен.

Все знают, что был когда-то Леонардо, и что он написал Джоконду. Но почему именно ее? Почему именно в начале XVI столетия? Почему люди не писали таких картин за сто лет до него и почему перестали через сто лет после? А главное, почему в голове не осталось ничего из того, что вы когда-либо слышали и читали об этом? Ответ прост: знания об искусстве нуждаются в системе (основные реалии, периодизация, история) — в сетке, «ячейки» которой легче заполнить конкретными знаниями. Зная основу (достаточно просмотреть конкретные факты), вы сможете отделиться от группы и провести куда более занимательную персональную экскурсию для своих друзей.



Увидеть связь

Хочется «читать» картину — чтобы ее детали говорили, чтобы персонажи оживали и рассказывали о себе, раскрывая символические и не очень смыслы. А это невозможно без понимания и узнавания сюжетов.

Классическое искусство, на самом деле, практически целиком посвящено либо библейским сюжетам, либо мифологическим. Важно научиться увидеть разницу в том, как они подаются, как их видят художники разных эпох.

Проследив метаморфозы сюжета во времени, не сложно становится извлекать смысл и вникать в задумку автора.

Желание уметь отличать стили и знать их последовательность тоже заставляет нас обратиться к истории искусств. Греческий храм — это не только колонны и фронтон, это и скульптуры внутри, и посвященный Афине гимн, и одежда жрицы, и роспись вазы, которую она несет в руках. Так же как модерновый особняк — это и стихотворение Блока, и картина Врубеля. Все, от витража до шпильки в волосах дамы, которая входит в это здание, все связано одним общим чувством стиля определенной эпохи. Понимание этого,умение увидеть общее и объединяющее все произведения искусства, созданные в это время, даст возможность по-новому посмотреть на фасад, мимо которого ходишь каждый день или раскрыть с неожиданной стороны любимую читанную-перечитанную книжку.

Стоит ли говорить об искусстве современном, которое настолько аллюзивно, что понять его без бэкграунда практически невозможно.



Развенчание мифов

Знание истории искусств позволяет критически смотреть на информацию: отличать ценные знания от того, что можно воспринимать как игру и фантазию.

Изучение истории искусств – это хорошая прививка от всякого рода вульгарных, оккультных теорий. Человек, который прикоснулся к гуманитарному знанию, уже никогда не поверит, что при помощи радиоуглеродного анализа (теория новой хронологии Фоменко) можно фальсифицировать историю. Он понимает, что у истории есть еще тысяча средств, доказать свое поступательное развитие.

Прослушав несколько лекций по истории искусств, можно сшибить одним пальцем все теории популярного Дэна Брауна.

К примеру, он говорит, что в «Тайной вечери» Леонардо Иоанн это женщина, и скорее всего, Мария Магдалена. Стоит посмотреть еще десять тайных вечерей, которые были до Леонардо и почитать кусочек из Евангелия, как сразу станет ясно, что поза и внешность Иоанна абсолютно обусловлены традицией. И что Леонардо здесь вообще не сделал никакого открытия. Теория эта, построенная на неправильной посылке, упадет под взглядом человека, хоть чуть-чуть знакомого с ренессансом.

Узнать историю искусств — это заставить заговорить до этого полностью немой мир, увидеть прекрасное в обыденном и несуразном. Понять не только причудливое прошлое, но и кажущуюся ясной современность, в которой так много посланий и символов мудрых праотцов.

  • 10338
Рекомендуйте друзьям